Шестнадцатая куница
1
– Это из Писания? – поинтересовался Проэмперадор. Разве Книгу Ожидания называли Писанием? Кажется, это слово встречается в тексте впервые.

2
Дорогой гость! Я вынужден просить тебя об услуге.
Он волнуется, очень волнуется, иначе не сбился бы на кагетское «ты».
– Чем могу служить?
– Это… Это касается наших обычаев и поверий… И бирисских тоже. Убей человека, сидящего на козле, а затем самих тварей. Я все объясню потом.
Мне показалось, что Робера просто используют на случай, если с посланием козлы привезли какую-то ловушку или что-то такое. И потом: – Стань моим свидетелем, гость, – Машир повернулся к Роберу, – я взял с мертвого зверя то, что взял. Прошу тебя, посмотри, есть ли внутри письма.
Там вполне могла оказаться ядовитая змея или игла с ядом, но Эпинэ не колебался.


3
Не слишком понятно, куда они, вообще, едут?
эту песню Ричард слышал впервые, и она не походила на хорошо знакомые Дику кэналлийские кантины. КАНТИНА ы, ж. cantine f. 1. Посреди этого двора <этапа> была устроена лавочка, куда допускался частный торговец. Это было уже нововведение. Лавочка была то ж, что "cantine" при французских тюрьмах, то есть мелочная продажа для арестантов. Н. Семилужский История одного странствия. // ОЗ 1871 1 525.
2. Погребец, шинок. Видано в кантине, что приходят два француза, берут рома за два су, так что разве помочить нибудь, и разливают по бокалам. Восемь месяцев в плену у французов. Соврем. 1855. 53 188.
3. Столовая при каком-л. учреждении.
Что? Может, имеется в виду застольная песня, если подбирать что-то близкое по значению? На всякий случай: КАНЦОНА, филол. лирическое стихотворение особой формы, получившее широкое распространение в итальянской и провансальской поэзии средних веков и эпохи Возрождения. муз. лирическая песня, восходящая к итальянской народной песне.

– О рождении Горного Зверя. Камень вступает в брак с водой, и рождается Зверь. Его бег – это бег Смерти, его гнев – это гнев Камня, его безумие – это безумие Воды. Если это и есть Зверь Раканов... То Ракан заменяет одного Повелителя, а Повелитель Скал едет рядом и подпевает. И при взрыве озера Дик тоже присутствовал. Кошмар.

Дальше Рокэ зачем-то вмешивается в частную жизнь Вейзеля и насмехается над его верностью жене. Честно говоря, это несколько странно.

И, как вишенка на торте, Рокэ поет неизвестно откуда взявшееся в Кэртиане стихотворение Федерико Гарсиа Лорки.

Глава ужжжасно важная хотя бы тем, что они почти вызвали Зверя.
Часть третья окончена, мне показалось, она несколько меньше, чем предыдущая. Возникают башни и Зверь. Место действия и композиция - отлично: Тронко, где еще нет действия, а только предпосылки к варастийской компании, Вараста и Сагранна, в которых тоже показаны только приготовления к боевым действиям.

@темы: Аналитика, КнК, Куница пишет, Про Этерну